Поиск
тел. (343) 374-31-99, +7-912-68-63-788
e-mail: [email protected]

memory

В этом разделе представлены документы репрессированных, чьи судьбы оказались связаны с Уралом, Свердловской областью и Екатеринбургом. Копии официальных справок и ответов органов внутренних дел, прокуратуры, судов переданы нам разными людьми и общественными организациями. Другие документы были нам переданы живущими на Урале родственниками людей, страдавших или погибших во время государственного террора в разных точках необъятной страны, на разных «островах» Архипелага ГУЛАГ. Они вместе с нами хотели создать на нашем сайте страничку памяти, посвященную своим близким, жертвам тоталитарных репрессий.

Раздел сайта «Люди и Судьбы» ведёт группа волонтёров по инициативе Юрия Изотова, Андрея Щукина, Максима Верникова в рамках проекта «1937-й глазами неочевидцев». Здесь же мы публикуем эссе и размышления наших современников и сверстников об этой странице истории России.

Предлагаем вам, читатели этих строк, написать свои размышления о судьбах наших соотечественников, а также принять участие в расшифровке оцифрованных документов, представленных на сайте. Свои тексты вы можете прислать через раздел «Контакты».

Выражаем огромную признательность всем, приславшим свои материалы, которые дополнили наш архив данных, а также обращаемся к тем гражданам, кто имеет возможность сделать это, мы ждем ваши материалы и готовы со всем уважением отнестись к их сохранности. Все они будут размещены в этом разделе.

 

Н. П. Голубев с семьей. Фото из семейного архивка

За что репрессировали моего прадеда в Верхотурье

Эта старая потёртая фотография – единственное изображение моего прадедушки Николая Петровича Голубева, которое сохранилось в нашей семье. Снимок сделан в 1920-ые годы, на нём прадедушка и прабабушка держат на руках двоих своих старших детей. Cовсем скоро у них появится третий сын – мой дедушка Владимир Голубев, а еще через несколько лет родится четвертый ребенок - дочка Клавдия. Когда Клаве было всего три года – за Николаем Петровичем пришли из НКВД.
Тогда, 1 ноября 1937 года, семья видела его в последний раз. Прабабушка в 43 года осталась одна с четырьмя детьми на руках. В один момент для всех вокруг Голубевы стали семьей «врага народа», а впереди их ждала неизвестность и война.

О Владимире Ильиче Дмитриеве рассказывает Фаина Владимировна Чудинова, его дочь

Передо мной сидит пожилая женщина. В глазах ее блестят слёзы, она переживает, и всё время подёргивает серьгу в ухе. Перед ней вновь и вновь всплывают картины прошлого. Она смотрит на потрепавшуюся от времени семейную фотографию и снова возвращается в детство, когда была простой девочкой Фаей.

berezin

Рассказывает Березин Вадим Николаевич о своем отце, Березине Николае Алексеевиче

В руках замерзали гвоздики, я шла среди мемориальных плит, на которых высечены тысячи имён. Все эти люди были расстреляны в 30-40 годы по антисоветской 58 статье и посмертно реабилитированы. Они стали жертвами времени и политики советского государства.

В День памяти жертв политических репрессий, я иду, не зная, кому возложить цветы. Почти у каждой плиты - родственники погибших, кто-то плачет, кто-то ставит свечи, кто-то просто молчит.

Воспоминания Эльвиры Валентиновны Алиевой о репрессированных членах своей семьи - Валентине Ивановиче и Артуре Ивановиче Жганьяр, и др.

jganiar1

С Алиевой Эльвирой Валентиновной мы познакомились холодным утром 25 октября 2009 года. В этот день автобусы привезли людей к «Мемориальному комплексу жертвам политических репрессий», который расположен недалеко от Екатеринбурга, чтобы почтить память тех, кто безвинно пострадал во времена сталинского террора.

Об Александре Егоровиче Брезгине рассказывает его дочь Людмила Александровна Гудкова.

brezgin

За окном царила непогода, пронзительный ветер и дождь окутали Уральскую столицу. Мы сидели в комнате, в которой повисла тишина, слышно было, как тикают часы тик-так, тик-так, словно отматываю киноплёнку жизни назад. Людмила Александровна устремила свои невидящие глаза в сторону окна. Слеза, словно капелька дождя, скатилась по её щеке. Ей было больно вспоминать те страшные сталинские годы, то время, когда волна репрессий прокатилась по всей стране.

О своём дедушке, Иване Тимофеевиче Косникове-Абрамкине, рассказывают Анна Анатольевна и Наталья Анатольевна

Квартира художника Юрия Калмыкова отличается от обычных. И дело не только в интерьере, где всегда найдётся место изящным мелочам - например, лире, выполненной из сучков дерева, или памятным и символичным, таким как дверная ручка, за которую много лет назад открывал дверь к себе писатель Александр Грин. Здесь особая атмосфера жилища, отражающая внутренний мир его обитателей, наполненная спокойствием и теплом.

О своих репрессированных родственниках рассказывает Москальков Валерий Львович (из письма Анне Пастуховой, председателю екатеринбургского общества «Мемориал»)

vishneveckiye 1

Здравствуйте, Анна! Отвечаю Вам на Ваше письмо.

Нет, Вишневецкие не были свердловчанами, они жили в Перми. Вот, посылаю Вам их фотографию 1936 года, т.е. она была сделана за год до расстрела Павла Михайловича Вишневецкого.

kralin v s

Заслуженный изобретатель России Виктор Сергеевич Кралин поделился с активистами «Уральского Мемориала» некоторыми эпизодами из истории своей семьи. Его родственники, как и у многих, не только воевали и подвергались репрессиям, но и сопротивлялись произволу НКВД: одному их них удалось убежать прямо с Колымы, другому - из СИЗО №1 города Свердловска, а третий в 30 годы 20 века стал невольным свидетелем расстрелов возле полигона НКВД на 12 километре Московского тракта.

Воспоминания Зои Никандровны Выростко о репрессированных членах своей семьи - Никандре Павловиче Галанине и Галаниной Анне

Зоя Никандровна Выростко целыми днями крутится как белка в колесе, помогая детям, внукам и правнукам. Она посмеивается над своим возрастом и не думает о том, сколько еще ей времени отведено в этом мире. Глядя на эту маленькую и хрупкую женщину, сложно поверить, что она пережила годы «сталинского террора», потерю отца, ссылку матери, голодные годы войны. Несмотря на испытания, выпавшие на её долю, она осталась оптимисткой и не потеряла веру в будущее.

Воспоминания Вадима Дмитриевича Панкова о репрессиях и своём отце, Дмитрии Петровиче Панкове

Ремесленники кожевенных дел

Вадиму Дмитриевичу Панкову 80 лет, а он бодр и полон энергии. Словно и не пережил он сталинский террор, годы Великой Отечественной войны, сложное время перестройки и распада СССР. На стенах его квартиры вижу картины и панно, сделанные собственными руками. Занимается Вадим Дмитриевич прикладным искусством, чтобы жить было интереснее, и небольшой прибавок заработать к маленькой пенсии. Трудиться он никогда не считал зазорным.

^ Наверх